29 апреля (третье воскресенье по Пасхе) 2001 г.

ПАМЯТЬ ЖЕН-МИРОНОСИЦ  Женский праздник

За Христом во время Его проповеди ходили толпы народа. И все от Него ждали чего-то: ждали помощи, чудес, исцелений, ждали освобождения от ненавистного римского ига, ждали устройства своих земных дел. Смысл же Его слов - проповедь самоотвержения и любви, Спасения и обретения Царствия небесного - толпа понимала плохо, не вслушиваясь в слова Христа. Но вот стала расти ненависть к Нему власть имущих, начала уязвлять Имя Его клевета и ложь. И толпа стала редеть, таять. Уже в Гефсиманском саду трое самых близких Ему учеников не выдержали и заснули, когда Христос готовился к смертным мукам. Петр, так искренне обещавший умереть со Христом, в последнюю минуту дрогнул, отказался, отрекся...

Но оказывается, не все покинули Его. У Креста наступает великий час верности и любви. там стояли Богоматерь и верные Ему женщины. Знали ли они, как и двенадцать апостолов, о тайнах жизни и смерти, о грядущем Воскресении Христа? Для них смерть Учителя была страшной и позорной смертью. Но они стояли у Креста потому, что любили Спасителя и, любя, сострадали Ему. В них жила не только Вера, но и верность. А Мария стояла у гроба и плакала (Евангелие от Иоанна 20:11). Так сквозь все века плачет любовь, как Сам Христос плакал у гроба Лазаря. И вот - эти любящие женщины, жены, первые узнали о победе над смертью и грехом, о Воскресении.

Рождались и падали великие царства, бушевали кровопролитные войны, но неизменно над суетной и трагической человеческой историей сиял образ Женщины. Образ заботы, самоотдачи, любви, сострадания. Странное дело: черты евангельских жен-мироносиц воплотились в прекрасном, чистом и возвышенном облике русской женщины, каким его создала, взяв из жизни, великая русская литература. Татьяна Ларина, жены-декабристки, Лиза Калитина, толстовская княжна Марья - все они раскрывали и сохраняли христианское начало в душе человека и спасали его не словами, не идеями, а своим молчаливым, заботливым, любящим присутствием. Современная жизнь навязывает нам другой идеал женщины - деловой, самоуверенной, “эмансипированной”... как далек он от евангельского образа! Но пока этот евангельский образ матери, жены, невесты с нами, нам нечего бояться: хватит любви, хватит верности, хватит света на всех.